Кризис беларусских стартапов: анализ новой инфраструктуры

Для основателей и инвесторов это не политический сюжет, а вопрос операционного риска. Доступ к капиталу, менторам, юристам, акселерационным программам и локальным сетям больше не может считаться заданным по факту релокации.

Структура распалась до созревания

По оценке Калинина, заметное стартап- и венчурное движение в Беларуси началось примерно в 2017 году. Пик пришёлся на 2018–2019 годы. При этом автор отдельно фиксирует: пик не означал зрелость рынка. Речь шла о первых элементах экосистемы, а не о завершённой инфраструктуре.

Тогда система ещё имела территориальную основу. Основатели, инвесторы, сервисные компании и участники комьюнити находились преимущественно внутри Беларуси. Сейчас, по оценке автора, картина иная: экосистема распалась географически и институционально.

Приведённая в материале оценка распределения выглядит так:

1. около 80% стартапов с беларусскими корнями и участников экосистемы находятся в Польше;

2. ещё 15% — в Литве и странах Балтии;

3. остальные — в Португалии, на Балканах, в США.

Отдельный финансовый фактор: у части инвесторов закончились деньги. У части участников — энтузиазм. Это означает снижение плотности неформальных связей и уменьшение числа сделок, которые возникают не через публичные программы, а через доверенную сеть.

Отличие от украинского кейса

В материале проводится сравнение с украинской моделью. По оценке автора, у Украины, несмотря на выезд части фаундеров, сохранилась национальная экосистема внутри страны. Есть программы и инвесторы, продолжающие работать на внутреннем контуре. Одновременно появились внешние офисы и точки присутствия, в том числе в Польше и Португалии.

Итоговая конструкция описана как двойная: опора внутри страны и опора за её пределами. Стартапы могут одновременно участвовать в национальных и европейских программах.

Для беларусских проектов, по версии Dev.by, такой связки нет. Внутри страны экосистема фактически не функционирует как база для релокированных команд. Отдельные инициативы внутри Беларуси не связаны с тем, что происходит с беларусскими стартапами за рубежом. У фаундеров в эмиграции нет опоры ни на государственные, ни на частные институты внутри страны. В Европе сопоставимая по силе опора также не сформировалась.

Практический вывод для инвестора: происхождение команды само по себе не даёт инфраструктурного преимущества. При оценке проекта нужно отдельно проверять юридическую юрисдикцию, доступ к банковскому обслуживанию, наличие локальных партнёров, историю привлечения грантов или частных денег, состав советников и реальную вовлечённость менторов.

Что остаётся: частные сети вместо институтов

Отдельный риск связан с донорскими программами. По данным автора материала, программы, ориентированные именно на инновационный и бизнес-сектор, а не на гражданские инициативы, либо уже свернулись, либо свернутся после 2026 года. В европейских институциях, по его оценке, сформировалась позиция: беларусский бизнес за четыре года релокации адаптировался и должен зарабатывать самостоятельно.

На этом фоне появляются попытки собрать инфраструктуру снизу. В материале названы несколько элементов:

1. Angels Band — попытка восстановить движение бизнес-ангелов и собрать его в более цельную структуру;

2. BelTech Global — конференция, которая проходит один-два раза в год и даёт участникам из разных стран физическую точку контакта;

3. WeStart — комьюнити, которое, по словам автора, превысило тысячу участников и объединяет фаундеров, экспертов и инвесторов;

4. X-Mentor Pro — менторская программа с участием инвесторов, юристов, маркетологов и сервисных компаний.

Для стартапа это меняет порядок действий. Нельзя исходить из того, что переезд в Варшаву или Вильнюс автоматически открывает доступ к капиталу и экспертизе. Требуется вручную собирать сеть: юридический контур, менторов, потенциальных ангелов, отраслевые контакты, каналы продаж.

Для инвестора риск также смещается. Проверять нужно не только продукт и рынок, но и устойчивость окружения команды. Вопросы минимального due diligence: где зарегистрировано юрлицо, кто фактически сопровождает сделки, есть ли доступ к локальным программам, кто из советников реально работает с командой, какие источники финансирования останутся после сворачивания донорских механизмов.

Сухой остаток: беларусская стартап-среда перешла из институционального режима в сетевой. В таком режиме выигрывает не тот, кто формально релокировался, а тот, кто подтвердил доступ к капиталу, компетенциям и правовой инфраструктуре документами, сделками и работающими связями.