Самозанятые в регионах: почему темпы роста различаются
В 2024 году самозанятые составляли 5,60% занятых в России, но региональный разброс был почти двадцатипятикратным: от 1,13% в Санкт-Петербурге до 28,92% в Республике Ингушетия.

Это не рейтинг предпринимательской активности и не доля людей, для которых НПД стал основным источником дохода. За одним словом здесь стоят два разных измерения: занятость по обследованию Росстата и регистрации плательщиков налога на профессиональный доход по данным ФНС.
Когда обсуждают рост числа самозанятых в регионах, эти показатели часто складывают в одну картину. Так возникают слишком уверенные объяснения: где регистраций прибавилось быстрее, там якобы больше новых рабочих мест или выше спрос на услуги. Данные показывают динамику, но не устанавливают её причины и не рассказывают, сколько людей действительно живёт на доход от самостоятельной работы.
Две статистики вместо одной
На 31 декабря 2024 года в России зарегистрировали 12 171 657 плательщиков НПД. Из них 11 573 086 были физическими лицами, ещё 598 571 — индивидуальными предпринимателями. Это административный срез: сколько плательщиков числится в системе на определённую дату.
Доля самозанятых в занятости, которую оценивают по обследованию рабочей силы Росстата, отвечает на другой вопрос. В 2024 году численность самозанятых по этой оценке составила 4 155 тыс. человек против 3 639 тыс. годом ранее. Их доля среди занятых выросла с 4,9% до 5,6%.
Сопоставлять эти значения как одну временную серию нельзя. Регистрация в качестве плательщика НПД не подтверждает, что человек регулярно получает заказы, работает полный день или вообще использует этот статус как главный источник заработка. Человек может сочетать самозанятость с другой занятостью. Обследование занятости, в свою очередь, считает людей по методике опроса, а не по списку зарегистрированных плательщиков.
| Показатель | Что измеряет | Чего из него нельзя заключить |
|---|---|---|
| Число плательщиков НПД по ФНС | Зарегистрированных физических лиц и ИП на конкретную дату | Сколько из них активно работает и получает основной доход от самозанятости |
| Доля самозанятых среди занятых по ОРС Росстата | Оценку численности и доли самозанятых в занятости | Сколько всего зарегистрировано в налоговом режиме |
| Прирост регистраций между датами | Изменение числа зарегистрированных плательщиков | Что именно вызвало прирост и насколько вырос реальный заработок |
Для предпринимателя разница практическая. Если в городе быстро растёт число регистраций, это ещё не гарантирует расширения платёжеспособного спроса на услуги. В статистике могут одновременно отражаться дополнительные заработки, переходы между форматами занятости и выход людей на рынок самостоятельных услуг. Данных, которые позволили бы точно разложить прирост по этим причинам, в имеющихся срезах нет.
Регистрация показывает присутствие в налоговом режиме. Она не показывает размер клиентской базы, регулярность заказов и долю этого заработка в семейном бюджете.
Разброс регионов: что стоит за крайними значениями
В 2024 году доля самозанятых среди занятых составляла 28,92% в Республике Ингушетия и 1,13% в Санкт-Петербурге. Такая дистанция привлекает внимание, но сама по себе не объясняет, почему показатель в одном регионе выше, чем в другом.
Один из факторов, который отмечают исследователи, — положение на рынке труда. В регионах с высокой долей самозанятых может быть напряжённее ситуация с рабочими местами в формальном секторе. Это возможное объяснение, а не доказанная универсальная причина. На региональную картину могут влиять разные условия, и приведённые данные не позволяют установить, какой из факторов определил конкретное значение.
Есть и эффект знаменателя. Доля рассчитывается относительно занятого населения региона, поэтому одинаковое число самозанятых в двух регионах не обязательно даст одинаковую долю. И наоборот: высокая доля не означает, что в регионе больше самозанятых в абсолютном выражении. Для оценки локального рынка нужна не одна цифра, а связка показателей: численность занятых, отрасли, регистрации НПД и фактическая активность бизнеса.
В малых городах эта осторожность особенно уместна. Небольшое число потенциальных клиентов может ограничивать выручку отдельного мастера, даже если самостоятельная занятость заметна в общей структуре рынка труда. Высокая доля самозанятых не равна высокой плотности заказов. Для локального бизнеса важнее понять, кто покупает услуги, с какой регулярностью и за счёт какого дохода.
Отраслевой состав меняет смысл показателя
В 2024 году доля самозанятых в занятости была особенно высокой в предоставлении прочих видов услуг — 38,6%. В сельском, лесном хозяйстве, охоте, рыболовстве и рыбоводстве она составляла 22,6%. Это показывает, что самозанятость распределена по видам деятельности неравномерно.
Для региона с заметной долей таких услуг самозанятость может быть привычным способом организовать работу: от индивидуального оказания услуг до деятельности, связанной с сельским хозяйством. Но отраслевой показатель не раскрывает ни выручку, ни устойчивость спроса, ни то, какую часть занятости составляет основная работа. У двух территорий с одинаковой долей самозанятых могут быть разные рынки: в одной самостоятельные услуги востребованы круглый год, в другой доход зависит от сезона.
При оценке причин роста полезно смотреть не только на отрасль, но и на экономику самой модели. Для частного специалиста имеют значение поток клиентов, стоимость привлечения заказа, повторные обращения и периоды простоя. Для небольшой семейной деятельности — ещё и распределение обязанностей, сезонность, затраты на оборудование и возможность принимать оплату от организаций. НПД упрощает налоговый режим, но не устраняет кассовые разрывы и не создаёт спрос.
Режим имеет конкретные рамки: годовой доход не должен превышать 2,4 млн рублей, нанимать работников по трудовым договорам нельзя. Ставка составляет 4% при доходе от физических лиц и 6% при доходе от организаций и ИП. Поэтому рост регистраций нельзя автоматически трактовать как рост числа микропредприятий, способных набирать штат или обслуживать крупный объём заказов. Налоговый статус сам по себе не заменяет производственную модель.
Прирост регистраций: динамика есть, причинной модели нет
С 31 декабря 2024 года по 31 августа 2025 года число зарегистрированных плательщиков НПД в России выросло с 12 171 657 до 14 341 087, то есть на 17,82%. В приведённых данных по федеральным округам прирост варьировался от 16,22% в Центральном округе до 20,73% в Уральском.
Это сравнение показывает, что регистрации росли во всех перечисленных округах с разной скоростью. Оно не даёт сопоставимого рейтинга всех регионов и не объясняет расхождения. Срезы относятся к конкретным датам; выводить из них постоянное преимущество одного округа или региона нельзя. Данные о регистрации также не говорят, сколько новых плательщиков сохранили активность после оформления статуса.
Здесь срабатывает обычная ошибка чтения административной статистики: увеличение числа записей принимают за увеличение объёма бизнеса. Между ними есть промежуточные звенья. Человек регистрируется, начинает или продолжает принимать заказы, получает выручку, удерживает клиентов, покрывает расходы. Само оформление статуса подтверждает только первый шаг.
Для локального предпринимателя рост регистраций может быть сигналом, что формат самостоятельной работы становится заметнее. Но для оценки конкуренции нужны данные о конкретных услугах и клиентском спросе. Дополнительные мастера в реестре не обязательно конкурируют за одного покупателя: они могут работать в разных нишах, обслуживать разные районы или получать заказы эпизодически.
Краснодарский край: пример региональной динамики, не рейтинг
ФНС Краснодарского края сообщила, что по итогам 2025 года НПД активно применяли более 755,3 тыс. жителей региона. За год их число увеличилось на 148,4 тыс., или на 24,5%. Это заметная региональная динамика, но она не является сопоставимым общероссийским рейтингом: в приведённых данных нет единого набора годовых темпов по всем регионам, рассчитанного на одинаковую дату и по одной методике.
Слово «активно» в региональном сообщении также не позволяет без дополнительных определений приравнять число плательщиков к числу людей, для которых самозанятость стала основной работой. Для такого вывода нужны данные о регулярности доходов, размере заработка и сочетании НПД с другими формами занятости. Регистрационная статистика этого не раскрывает.
При сравнении территорий важно держать отдельно три вопроса: сколько людей зарегистрировано, какую долю самозанятые составляют среди занятых и как меняется число регистраций между датами. Только после этого можно обсуждать местный рынок труда и отраслевой состав. Причины роста самозанятости по регионам нельзя свести к одному универсальному объяснению — имеющиеся цифры такой причинной модели не дают.
Практический вывод для тех, кто оценивает регион как площадку для микробизнеса, прост: национальная динамика НПД подтверждает распространение режима, но не заменяет расчёт конкретной модели. Нужно оценивать клиентскую базу, сезонность, повторный спрос и операционные расходы. В особенности это касается услуг с высокой зависимостью от личного труда: статус самозанятого не позволяет нанимать работников по трудовым договорам, а значит, предел выручки может упираться в доступное рабочее время самого исполнителя.
Если деятельность связана с выездами, работой на площадке клиента или оказанием услуг в коллективе, отдельной частью организации остаётся безопасность. Для сотрудников и членов семьи полезны практические навыки первой помощи, о которых говорится в материале о обучении сотрудников и их семей действиям при неотложных состояниях. Это не фактор региональной статистики, но вполне реальная операционная задача малого дела.
Рост числа самозанятых в регионах виден в регистрациях и в оценках занятости, однако цифры описывают разные процессы. Доля в занятости показывает вес формата в структуре рынка труда; реестр НПД — число зарегистрированных плательщиков на дату. Ни один показатель по отдельности не отвечает на вопрос, сколько людей устойчиво зарабатывает самостоятельно и почему темпы в соседних территориях расходятся.
Пока нет сопоставимой статистики, которая связывала бы региональные темпы с конкретными причинами, корректный прогноз для бизнеса начинается с локального спроса, а не с места региона в таблице регистраций. Для самозанятого реальный срок окупаемости оборудования и вложений определяют выручка после расходов и регулярность заказов. Региональный процент может подсказать, где формат распространён, но срок окупаемости он не посчитает.